Философия немецкого и русского анархизма второй половины XIX века (Сравнительный анализ учений)

Вид материалаАвтореферат диссертации

Содержание


Официальные оппоненты
Ведущая организация
Общая характеристика работы
Степень разработанности проблемы.
Целью исследования
Источниковедческая база.
Методология исследования.
Научная новизна
Научно-практическая значимость
Апробация работы.
Структура работы.
Основное содержание работы
По теме диссертации имеются следующие публикации
Подобный материал:


На правах рукописи


Ежова Елена Анатольевна


ФИЛОСОФИЯ НЕМЕЦКОГО И РУССКОГО АНАРХИЗМА второй половины XIX века

(Сравнительный анализ учений)


Специальность 09.00.03 - история философии


Автореферат диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук


Мурманск - 2006

Работа выполнена в Мурманском государственном техническом университете.


Научный руководитель:

кандидат философских наук, доцент Евгений Викторович Закондырин.


^ Официальные оппоненты:

доктор философских наук, профессор Сергей Иванович Дудник;

кандидат философских наук, доцент Святослав Вячеславович Шачин.


^ Ведущая организация: Балтийский государственный технический университет (военмех) им. Д.Ф. Устинова.


Защита состоится «___» _____________ 2006 г. в ____ ч. _____ мин. на заседании диссертационного совета К 307.009.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата философских наук в Мурманском государственном техническом университете по адресу: ул. Спортивная, 13, зал заседаний.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Мурманского государственного технического университета.


Автореферат разослан «___» _________ 2006 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета Ю.В. Кузнецов

^ Общая характеристика работы


Актуальность проблемы. В 2006 году исполняется 200 лет со дня рождения М. Штирнера, работу которого «Единственный и его собственность» (1844 г.) именуют сегодня предтечей европейского анархизма и 130 лет со дня смерти М.А. Бакунина.

Теоретический интерес к анархизму каждый раз возрастает вместе с активизацией практических движений, направленных на борьбу с всевластием государства, элементы анархизма слишком явно заметны как в идеологии современного антиглобализма, так и в других протестных движениях, особенно молодежных. С другой стороны, несмотря на практическое любопытство к анархизму, в последние годы практически нет фундаментальных научных работ по анархизму. Не отстают в этом направлении от академической науки и журналы. В философских, исторических, социологических, политологических, психологических и юридических изданиях нечасто встречаются аналитические статьи по проблематике анархизма. Анархистские тенденции всегда были свойственны российскому менталитету, а массовые умонастроения анархистского толка чрезвычайно опасны и чреваты пагубными последствиями для страны, для которой характерны революционаризм, разрыв связи времен и вечное возвращение к уже пройденному.1

Вместе с этим, всякий раз, когда возникает интерес к анархистскому мировоззрению, когда отсутствуют современные разработки по данной проблеме, когда не изучены и не описаны многообразные формы его проявления в современном обществе, когда не выявлены механизмы, способствующие переходу на позиции анархизма на уровне индивида, когда усиливается государственный и правовой нигилизм, всякий раз исследователь неизбежно обращается к классикам анархистского мировоззрения. Не избежал этой участи и диссертант, вынужденный обратиться к идейным истокам анархизма – работам М. Штирнера, М.А. Бакунина и П.А. Кропоткина, так как именно в Германии и России вызревали идеи анархизма и проходили свою апробацию.

Объектом научного исследования является такое направление социально-философской мысли как анархизм, предметом – непосредственно философия немецкого и русского анархизма XІX века в их историко-философском сравнении, а также история возникновения и становления анархизма, его философские основания, содержание и признаки. Последние отражены в трудах М. Штирнера, М.А. Бакунина и П.А. Кропоткина. Именно они определили специфику анархизма и придали ему вид законченной теории.

^ Степень разработанности проблемы. Несмотря на то, что анархизм как целостное мировоззрение сформировался в середине ХIХ века, отдельные анархистские идеи были присущи еще античному сознанию. Анализ же и осмысление классических анархистских доктрин пришлись в основном уже на ХХ век, хотя уже во второй половине ХIХ века, со времени создания I Интернационала велась достаточно активная идейная полемика К. Маркса с М.А. Бакуниным и прудонизмом, примером чему может служить работа «Нищета философии».

Среди зарубежных аналитиков анархизма, преимущественно немецких, следует отметить наиболее значимые труды П. Эльцбахера, Е. Ценкера, Р. Штаммлера, В. Саводника, Р. Шельвина, М. Неттлау, Р. Нозика, К.А. Мантца, Г. Адлера и др.1

С выходом в свет в 50-е годы ХХ столетия работ австрийского ученого П. Фейерабенда по философии и методологии науки анархистская идея безвластия перекочевывает из социально-политического поля в научно-познавательное, превратившись в одну из разновидностей анархизма -эпистемологический.

В России научные и научно-публицистические работы по философии анархизма появляются в основном с середины ХХ века. Изданные работы весьма незначительны, что, по-видимому, можно объяснить несколькими причинами. С одной стороны, отдельные исследователи проблематику анархизма считают неактуальной,1 с другой стороны, долгое время наша философская наука считала, что полную и исчерпывающую критику анархизма дали классики марксизма-ленинизма, а соответственно и выявили его сущность.

Однако, существует ряд историков, философов и других отечественных обществоведов, объектом исследования которых является анархизм. Это работы Н.М. Пирумовой, В.В. Комина, Л.С. Мамута, С.Н. Канева, Т.П. Лебедева, А.А. Мкртичяна, В.Г. Графского, Ю.В. Соколова и др.2

Методологической основой работ одних авторов является марксистско-ленинское учение, другие старались уйти от недостатков и односторонности марксизма-ленинизма. Начиная с 90-х годов ХХ столетия в отечественной обществоведческой литературе появляются работы, претендующие на объективность, выявление внутренней противоречивости учения, а не просто отвергающие его. Такой подход наблюдается в монографиях Д.И. Пронякина, С.Ф. Ударцева, В.Г. Федотовой, А.Л. Никитина, М.А. Хевеши и др.1

^ Целью исследования является выявление своеобразия немецкого и русского анархизма второй половины ХIХ века, демонстрация его становления на основе сравнительного анализа произведений его родоначальников – М. Штирнера, М.А. Бакунина, П.А. Кропоткина.

В соответствии с поставленной целью в диссертации решаются следующие задачи:

- определить культурно-исторические, социально-политические условия формирования анархистского мировоззрения;

- выявить философские основания анархизма, их специфику и отличие их от социально-политических оснований;

- провести сравнительный анализ двух типов (немецкого и русского) анархистского мировоззрения, уточнить взаимосвязи и взаимовлияния доктрин М. Штирнера, М.А. Бакунина, П.А. Кропоткина, уяснить их оригинальность и самобытность;

- доказать целостность и логическую завершенность анархистского мировоззрения при обилии его модификаций, исторических типов и пр.;

- выявить личностные, субъективные аспекты, предопределившие характер и особенности каждой анархистской доктрины.

^ Источниковедческая база. Исходя из поставленных задач источниками диссертационного исследования явились труды М. Штирнера, М.А. Бакунина, П.А. Кропоткина, их союзников и идейных противников, публикации разных лет в журнальных изданиях, учебных пособиях, справочной и монографической литературе по классическому и современному анархизму, включая издания на немецком языке.

^ Методология исследования. При изучении такого феномена как анархизм диссертант использовал плюралистическую методологию, которая включает в себя многообразие методов, подходов, используемых в историко-философских исследованиях: текстологический анализ источников, системный, структурно-функциональный, аксиологический, нарративный, дескриптивный, диалектический, но особое место в этом ряду занимает компаративистский подход, позволяющий наиболее адекватно решить поставленные задачи.

Историзм, как принцип познания объектов и явлений в их развитии, становлении, в связи с конкретными историческими условиями их определяющими, помог оценить философию анархизма как продукт определенного исторического развития общества с точки зрения того, как она возникла, развивалась и сложилась в свою классическую форму. Принцип историзма способствовал фиксированию изменений анархического сознания, в которых отразилось формирование его специфических свойств, определяющих его сущность и качественное своеобразие.1

Соблюдение принципа объективности в научном познании позволило избежать каких-либо моральных оценок анархизма, которые нередко затрудняют исследовательский процесс.

Необходимость учета действия принципа противоречивости возникла при исследовании неоднородности анархического учения. Именно противоречивость, антиномичность некоторых содержательных анархистских идей, во-первых, явились движущей силой развития анархической теории в целом, а, во-вторых, придали ей неповторимость и своеобразие.

Сочетание исторического и логического методов познания позволило воспроизвести исторически развивающееся анархистское учение от истоков к его классической форме.1

Системный подход при изучении философии анархизма способствовал уяснению того, что свойства этой доктрины определяются не только и не столько суммированием свойств, составляющих ее самостоятельных учений, сколько свойствами ее структуры, ее философскими основаниями, ее особыми системообразующими, интегративными связями, такими, как, например, общие для всех анархистских теорий духовные истоки, содержание, субстанциальные признаки и т.п.2

Структурно-функциональный анализ помог не только расчленить анархизм на структурные составляющие, но и определить их роль и взаимодействие друг с другом.

С помощью аксиологического подхода диссертант выявил научную ценность анархистской историософии, представляя анархизм как целостное мировоззрение, несводимое к отдельной ценностной установке, даже самой привлекательной.

Дескриптивный подход способствовал описанию и анализу анархического феномена второй половины XІX века языком современной философской науки, используя соответствующий понятийно-категориальный аппарат.

Нарративный подход позволил диссертанту разглядеть в анархических учениях способы и характер, особенности изложения, повествования теорий. В рамках нарративного подхода смысл анархо-доктрин трактуется не как фундированный, обоснованный онтологией исторического процесса формирования каждой, а как возникающий в контексте авторского описания, рассказа об исторических событиях анархического содержания.

В работе автор использовал анализ и синтез, элементы герменевтики, формализации, типологизации, но более всего сравнительный метод позволил понять особенности и специфику каждого анархистского учения, выявить значение авторского вклада в его формирование.

Значительную методологическую нагрузку в уяснении феномена анархизма выполняют использованные автором в диссертации труды отечественных философов Н.А. Бердяева, С.Н. Булгакова, П.И. Новгородцева, С.Л. Франка и др. и некоторых немецких мыслителей (П. Эльцбахера, Р. Штаммлера, Е. Ценкера и др.)

^ Научная новизна диссертационного исследования заключается в том, что в нем предпринята попытка целенаправленного сравнительного анализа анархистской философской мысли Германии и России второй половины ХIХ века - трудов М. Штирнера, М.А. Бакунина и П.А. Кропоткина.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Анархизм как философское учение, имеет свою внутреннюю логику, характерные черты, философские основания и философское определение.

2. Анархизм как общественный феномен может быть классифицирован по различным основаниям: по географии возникновения и распространения, по хронологическим рамкам, по идейному содержанию, по форме проявления в общественной жизни, по характеру и типу социальных регуляторов и др.

3. Сравнительный анализ теорий М. Штирнера, М.А. Бакунина и П.А. Кропоткина позволил выявить не только различия, но и обнаружить общие типологические черты, характерные для всех теорий, которые обусловлены общностью проблематики, культурно-исторических и социально-политических условий Германии и России середины ХIХ века. Все это дает основания говорить о целостности такого общественного явления как анархизм.

4. Проведенный анализ классического анархизма позволяет говорить об идейном обогащении не только философии, но и обществознания в целом. Познавательная ценность феномена анархизма заключается в его уникальных возможностях: из философского учения социальной направленности анархизм может трансформироваться как в теорию познания (эпистемологический анархизм П. Фейерабенда), так и в политическую идеологию и общественную практику в различных, в том числе и негативных, проявлениях.

^ Научно-практическая значимость диссертации заключается в том, что ее результаты могут быть использованы при дальнейшей разработке проблем анархизма, при составлении и чтении общих и специальных курсов по истории философии.

^ Апробация работы. Основные положения диссертации изложены в докладе на научной конференции для молодых ученых и аспирантов в апреле 2004 года в МГТУ, а также в журнальных статьях.

^ Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения и библиографического списка литературы, включающего работы отечественных и зарубежных авторов.


^ Основное содержание работы


Во введении обосновывается выбор темы, раскрывается ее актуальность и научная новизна, обозначается объект и предмет исследования, его источниковедческая база, цель и задачи научной работы. Также во введении обсуждается степень разработанности проблемы, ее научно-практическая значимость, методология исследования, выдвигаются основные положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Историко-философский и теоретико-методологический аспекты классического анархизма как философского учения» - представлен системный анализ классического немецкого и русского анархизма.

Первый параграф - «Духовные истоки теоретического анархизма, становление и классификация анархистских учений» - основывается на анализе историко-философских источников, содержащих идеи анархического содержания. Предтечами анархического мировоззрения можно назвать некоторые суждения древнегреческих мыслителей - Антисфена, Антифонта, Зенона, Платона, Карпократа из Александрии и др. В период европейского средневековья анархические идеи встречались в различных церковных ересях: хилиазме в Европе и духоборство в России. Отдельные мысли анархического толка имеют место в утопиях английского философа XVI в. Дж. Уинстенли, английского и американского литераторов С. Колриджа и Т. Пейна, французских писателей Ф. Рабле и Ф. Фенелона, в трудах философов-просветителей Ж.-Ж. Руссо и Д. Дидро, в идеологии «бешеных» эпохи Великой Французской революции. Совокупность этих идей можно охарактеризовать как «протоанархизм».

От взятия Бастилии до Первой мировой войны, как отмечает диссертант, анархическая мысль проделала существенную эволюцию. Как самостоятельно оформленное общественно-философское течение анархизм сложился в период 40 – 70-х годов ХIХ века – сначала в Западной Европе, а затем и в России. Становлению классической его формы способствовали труды У. Годвина (1756 - 1836) в Англии, П.-Ж. Прудона (1809 - 1865) во Франции, М. Штирнера (1806 - 1856) в Германии, В. Таккера (1854 - 1900), Р. Оуэна (1771 - 1858) и Дж. Уоррена (1799 - 1874) в США, М.А. Бакунина (1814 - 1876) и П.А. Кропоткина (1842 - 1921) в России.

Постклассическая фаза анархизма связана с появлением его новых форм: неклассических и неоклассических, к которым относятся анархо-индивидуализм, неонигилизм, анархо-синдикализм, анархо-универсализм, мистический анархизм и др.

Таким образом, анархизм, как философское учение, обладает богатой историей, неоднозначностью и индивидуальностью проявлений и отличается укорененностью в европейской общественной мысли. Истоки анархической веры в общество без насилия и принуждения, отрицания какой бы то ни было формы порабощения (физического, духовного, нравственного), активное требование децентрализации политической власти и неприятие рамок, устанавливаемых государством и законодательством, можно проследить на протяжении всей истории философской мысли.

Анархизм как философское учение можно классифицировать по нескольким основаниям: по временному признаку (протоанархизм, классический и постклассический), по месту распространения (германский и романский), по идейному содержанию (индивидуалистический, или анархо-индивидуализм, и коллективистский, к которому относятся анархо-коллективизм и анархо-коммунизм), по характеру социальных регуляторов (правовой и согласительный или «конвенциальный»), по форме проявления в общественной жизни (теоретический и практический). Последние два в классификацию добавил диссертант.

Во втором параграфе - «Субстанциальные признаки анархистской теории, ее философские основания и проблема философского определения анархизма» - перечисляются содержательные характеристики анархистской теории, ее философские основания и раскрывается их содержание, обозначается проблема формулирования определения теоретического анархизма. Характерными чертами классического анархизма являются: индивидуализм, коллективизм, антиэтатизм, либерализм, эгалитаризм, партикуляризм и атеизм.

Индивидуализм проявляется в том, что теоретики анархизма неизменно абсолютизировали статус и позиции отдельного индивида в его противопоставлении обществу. Коллективизм ратует за приоритет «общественного блага» перед интересами индивида. С одной стороны, коллективизм выступает чем-то противоположным индивидуализму, и в этом смысле он придает анархизму антиномичность, но, с другой стороны, коллективизм не упраздняет индивидуализм, а лишь своеобразно трансформирует и дополняет его. Коллективизм как сущностную черту привнесли в анархизм его русские теоретики. Антиэтатизм означает отрицание государства как единственного и главного субъекта централизованного управления обществом. Анархизм выступает против государственного руководства жизнью общества и контроля над ней со стороны государства. Либерализм в понимании теоретиков анархизма предполагает добровольное объединение людей в различные неполитические организации и создает благоприятные условия для повышения благосостояния, развития познания и нравственности. Под эгалитаризмом теоретики анархизма понимали равенство социального положения людей, разных по своим природным и психологическим данным, которое рассматривалось как равенство фактическое, реальное, как равенство имущества всех членов общества на основе индивидуального и коллективного хозяйства. Партикуляризм проявляется в стремлении к самостоятельности как отдельной личности, так и общественных объединений, союзов. Атеизм как субстанциальный признак анархизма обусловлен отрицательным отношением его теоретиков к божественному и церковному авторитету как одной из форм власти, принимающей - особенно в условиях теократического режима – тотальный и репрессивный характер.

Таким образом, субстанциальные признаки анархизма - это онтологические характеристики учения. Их существование социально обусловлено, они имеют политическую, психологическую, нравственную окраску и определяются временем и историческими условиями, что свидетельствует об их переменном характере.

К философским основаниям анархистской доктрины диссертант отнес субъективизм, утопизм, волюнтаризм и нигилизм.

Одной из основных мировоззренческих установок анархизма является субъективизм. В анархической теории сознание индивида считается первичным по отношению к объективной реальности, которая является формой, содержанием и результатом творчества индивидуального сознания. Утопизм как одна из форм общественного сознания в философии анархизма проявляется в осмыслении социального идеала, в критике существующего строя, в попытке предвосхитить будущее общества. Волюнтаризм рассматривает волю отдельного индивида в качестве высшего начала бытия. Теоретики анархизма понимали волюнтаризм преимущественно в социально-политическом значении, как конкретные практические действия индивида в социальной организации. Управление в таких сообществах, общинах, союзах, федерациях и т.п. целиком зависело от свободного волеизъявления их руководителей и осуществлялось бы посредством их решений, согласованных с другими членами сообщества. Нигилизм означает отказ от общепринятых ценностей, норм, идеалов, стратегий поведения, понимаемых как чужеродные, изжившие себя формы культуры воспроизводства жизни в социуме либо как репрессивные, сверхличные и навязанные индивиду обществом императивы. В философии анархизма нигилизм связан с попытками упразднить политико-правовую сторону социальной действительности. Анархизм приходит к плюралистической и хаотической методологии, которая имеет разнообразные формы. Так, учение М. Штирнера характеризуется гносеологическим релятивизмом и солипсизмом, для философии М.А. Бакунина характерна «негативная диалектика», а П.А. Кропоткин ассоциируется с «синтетической философией».

Таким образом, философские основания теории анархизма – это те основополагающие идеи этого учения, которые на протяжении всей истории – вне зависимости от культурного и экономического уровня развития общества, его политической организации – позволили сохранить свои сильные тенденции в мышлении, сознании и поведении как отдельного индивида так и больших социальных групп. Анархизм, как философское учение превратился в определенный личный и психологический настрой и этим закрепил себя как закономерное явление в жизни любого общества.

Что касается проблемы философской дефиниции анархизма, то анализ ряда имеющихся определений, представленных как в отечественных, так и в зарубежных философских, исторических и обществоведческих словарях и справочниках, показал их достоинства и недостатки. В имеющихся определениях не выделена философская основа анархизма, не обозначены его сущностные черты. В силу сложившихся трудностей, как вариант, предлагается собственное философское определение анархизма. Под ним понимается система идей об абсолютно свободной личности, ее месте и роли в обществе без власти.

Данная формулировка предназначена только для данного диссертационного исследования и не является универсальной, ибо, как точно отметил русский философ И.А. Ильин, все «определения», «объяснения» и «теории» - «суть только несовершенные попытки приблизиться к живой тайне материального и душевного мира».1

В третьем параграфе - «Специфика используемых методов для исследования философии анархизма» - раскрывается содержание научных методов и способов научно-исследовательской работы по теории анархизма. Диссертант описал специфику следующих использованных в работе методов: анализ, синтез, классификация, сравнительно-исторический (компаративный), герменевтический, формализации и типологизации.

Такие методы научного познания, как анализ и синтез, в самом общем значении отражают процессы мысленного или фактического разложения целого на составные части и воссоединения целого из частей. При исследовании такого многомерного явления как анархизм диссертант использовал логический анализ, который предполагает мысленное расчленение анархизма на составные части (содержательные элементы) с целью получения новых знаний о предмете исследования. Условием всестороннего познания философии анархизма является многогранность его анализа. Расчленение целого на составные части позволяет выявить структуру анархического учения, его содержательные элементы, философские основания, субстанциальные признаки. Объединению в единое целое типов анархического мировоззрения, его свойств, философских оснований, выделенных посредством анализа, способствует синтез. Он соединяет общее и единичное, единственное и множественное в конкретное целое, идя от тождественного, существенного к различию и многообразию. Синтез дополняет анализ в неразрывном единстве. Благодаря синтетическому методу все многообразие видов, свойств, форм анархизма удалось объединить в одно учение.

Одной из форм анализа является классификация предметов и явлений, суть которой заключается в делении объема понятия на некоторую совокупность его элементов. Так, анархизм как философское учение был классифицирован по времени возникновения (протоанархизм, классический и постклассический), по территориальному распространению (романский и германский), по идейному содержанию доктрин (индивидуалистический и коллективистский), по характеру социальных регуляторов (правовые и согласительные), по форме проявления в общественной жизни (теоретический и практический) и др.

Сравнительно-исторический метод позволил автору исследовать и объяснить содержание и специфику трех вариантов анархистских теорий на основе установления их сходства и различий, общего и особенного. Диссертант счел необходимым в своем исследовании разработать и использовать следующую методику применения сравнительно-исторического метода. Во-первых, представляется необходимым четко артикулировать, выявить, обозначить позиции определенных теоретиков анархизма по основным составляющим идейного содержания: государство, власть, собственность, личность, общество, свобода. Во-вторых, сравнить трактовку этих ключевых идей немецкими и русскими анархистами с целью выявления общих и различных моментов в их учениях. В-третьих, попытаться объяснить это сходство и различие с точки зрения политических, социально-экономических, культурных и иных позиций. Примечательно, что еще древнегреческий философ Анаксогор (из Клазомен) учил, что познано может быть только неодинаковое и противоречивое.

Другим ключевым методом при исследовании содержания анархизма является герменевтический, суть которого заключается в прочтении, изучении оригинальных текстов, в дальнейшей интерпретации скрытых интенций и мотивов каждого из трех философов-анархистов, а также в прояснении смысла анархистской проблематики. Понимание и истолкование в герменевтике – это мыслительная деятельность исторических субъектов, в данном случае теоретиков анархизма, обусловленная их личным опытом, биографией, исторической эпохой и культурой. Учет внелингвистических факторов, мотивационных установок, бессознательных моментов, социокультурных факторов при реконструкции субъективных условий, в которых складывался объективный смысл текста каждой анархистской доктрины, является необходимым моментом исследования и познания философского анархизма. Посредством такого рода понимания и интерпретации диссертант надеется освоить всю совокупность анархического опыта – его духовные истоки, традиции и исторические типы.

Для анализа философии анархического мировоззрения диссертанту понадобился и такой метод исследования как формализация. Он позволил придать строго фиксированную форму неоднородному содержанию доктрины, каковой является анархизм, и помог вычленить ее философскую специфику и проблематику.

К такому методу научного познания как типологизация (систематизация) диссертант также обратился вследствие крайней содержательной разнородности анархистских концепций классического периода. Путем эмпирической типологизации диссертант провел количественную обработку и обобщение отобранных доктрин классического философского анархизма, зафиксировал устойчивые признаки их сходства и различия, систематизировал и интерпретировал полученные материалы. Сравнение немецких и русских концепций философского анархизма также производилось посредством этого метода.

Вторая глава - «Сравнительный анализ философии немецкого и русского анархизма второй половины ХIХ века». В ней автор произвел компаративный анализ теорий М. Штирнера, М.А. Бакунина и П.А. Кропоткина по их ключевым содержательным элементам.

В первом параграфе - «Личность и общество в наследии немецких и русских теоретиков анархизма» - раскрывается и сравнивается социально-антропологическое содержание анархистских доктрин. Свободная личность и свободная общественность - две центральные идеи анархического мировоззрения. Всех анархистов объединяет безусловное отрицание всех форм опеки над личностью, постулирование личности в качестве высшей ценности. Чисто умозрительное философствование М. Штирнера в отношении человека не выходит за рамки его определения. Для немецкого анархиста важно найти эмпирические характеристики личности в самой личности, не отвлекаясь на ее взаимосвязь и взаимообусловленность с природой. Штирнеровский человек - царь природы, ее покоритель, поэтому следует уделять максимальное внимание ему, а не природе. Русские же анархисты подчеркивали связь человека с природой, пытаясь найти в последней универсальные законы и механизмы развития и функционирования человека и общества. Взгляды немецких и русских анархистов на назначение человека и его социальную деятельность также разнятся. М. Штирнер считал, что главное для каждой личности - постижение своей собственной сущности и своей уникальности, своего своеобразия, что будет способствовать освобождению от политической и социально-экономической зависимостей. Штирнеровское своеобразие личности в устах М.А. Бакунина трансформировалось в «приобретение человечности», под которым он понимал «устройство своего общественного сознания и разумного труда и свободы».1 П.А. Кропоткин вслед за М. Штирнером и М.А. Бакуниным также находил цель человеческой жизни в установлении индивидуальности и самобытности, которые развиваются «только в столкновении со множеством людей, окунаясь в жизнь всех близких и мировую, чувствуя, работая, борясь»2. Подлинно развитая личность всегда социально активна и не мыслит себя вне прогрессивной борьбы человечества. А реализовать эту цель он предполагал посредством взаимной помощи, являющейся результатом «инстинкта общительности», который медленно развивался «среди животных и людей в течении чрезвычайно долгого периода эволюции, с самых ранних ее стадий, и который научил в равной степени животных и людей осознавать ту силу, которую они приобретают, практикуя взаимную помощь и поддержку, и осознавать удовольствия, которые можно найти в общественной жизни»1.

Организация будущего общества представлялась анархистам неполитическим союзом самостоятельных децентрализованных групп, общин, коммун и т.п., в которых не принимаются какие-либо обязательные решения для входящих в них членов. Регулирование общественной жизни должно будет производиться производственными корпорациями, цехами, гильдиями, которые, трансформируясь в профессиональные союзы, будут выполнять функции защиты своих членов от стихии рынка и произвола социальных институтов. Различия же во взглядах на общественную организацию у немецкого и русских анархистов кроются в нюансах и преимущественно касаются названия, оформления и способов построения данной общности. М. Штирнер, М.А. Бакунин и П.А. Кропоткин сходились во мнении, что в обществе необходимо создать комфортные условия для личности через упразднение принудительно-государственных и эксплуататорских институтов, через обеспечение социально-экономических гарантий для ее максимального развития, через создание атмосферы свободы и терпимости и через реформу образовательной и воспитательной систем на либертатных началах.

Второй параграф - «Философские проблемы власти, государства и права в трудах анархистов» - построен на сравнении взглядов немецкого и русских анархистов относительно перечисленных социальных феноменов, в нем также устанавливается сходство и различия в учениях, производится поиск причин, обусловивших их специфику. Прямое или косвенное присутствие понятий власть, государство и право в доктринах М. Штирнера, М.А. Бакунина и П.А. Кропоткина позволяет объединить эти разнородные, на первый взгляд, теории в рамках единого анархистского учения. В отношении понимания сущности и назначения власти государства и права у немецких и русских теоретиков анархизма сохраняется общая тенденция недооценки значения этих государственно-правовых феноменов в организации, управлении и регулировании социальных процессов. Деструктивный характер государственно-правовым аспектам классического анархизма придали общие для обеих стран политико-экономические причины. Для Германии 40-х, а для России 60-х годов XIX века были свойственны, во-первых, отмирание феодально-крепостнического строя, зарождение и формирование капиталистического способа производства; во-вторых, отсутствие необходимых эффективных политико-экономических реформ, бюрократизация государственного аппарата; в-третьих, резкое обнищание крестьянства и ремесленничества; в-четвертых, крестьянские восстания и рабочие бунты; в-пятых, как следствие этого - усиление правительственной реакции, ужесточение цензуры, укрепление полицейской и пенитенциарной систем. Недостатки анализа государственности и законодательства классиками анархизма объясняется, в первую очередь, тем, что они были современниками государств полицейского типа, которые начинали трансформироваться в бюрократические, и которым до подлинно демократических было еще далеко. Анархисты делали философско-социологические обобщения не государственности и права вообще, а конкретных государств и законов, политико-правовых актов в тот период, когда антинародная, антигуманная природа их, принудительная (карательная) функция проявлялась с особой силой, а общесоциальные (общечеловеческие) функции управления и организации не обозначились еще достаточно четко, поэтому они и не были замечены анархистами. Поэтому для теоретического анархизма так характерны субъективизм, нигилизм, утопизм и волюнтаризм.

Однако заслуга немецкого и русского анархизма заключается в том, что он осуществил десакрализацию власти, государства и права и убежденно доказал, что эти явления социальной жизни в теоретическом отношении опираются на аксиому необходимости опеки над человеческой личностью, на веру в «доброго» царя, господина, судью, «благой», сухой и бездушный закон, уничтожающий реальную личность. В их сочинениях показана неразрывная связь между властью и эксплуатацией, правом и насилием, которые способствуют порабощению и отчуждению личности, а также предпринята попытка поиска путей их преодоления.

Третий параграф - «Философия свободы и собственности в немецком и русском анархизме» - раскрывает специфику понимания категорий свободы и собственности М. Штирнером, М.А. Бакуниным и П.А. Кропоткиным. Общность идей классического немецкого и русского анархизма и их ценность заключается в том, что он решительно отстаивал мечту человека об объединении людей ненасильственным способом, не посредством внешней необходимости, а через свободное внутреннее влечение человеческой природы. Анархизм свободу ставит выше насилия, любовь - выше власти, самостоятельно и внутренне организованное общество предпочитал принудительно выстроенному государству. Отличие же русской философии свободы от штирнеровской состоит в ее этической направленности. Русские анархисты свободу ассоциировали с добром. «Не существует добра вне свободы, - отмечал М.А. Бакунин, - а свобода является источником и абсолютным условием всякого добра, ведь добро есть не что иное, как свобода».1 П.А. Кропоткин верно полагал, что путь к зрелой свободе лежит через образование и науку, через целенаправленное улучшение нравственных качеств человека и общества.

Проблема классического анархизма, как немецкого, так и русского, заключается в том, что его творцы до конца не учитывали многогранности, комплексности понятия свободы, всех ее содержательных характеристик и сторон и часто понимали ее односторонне: М. Штирнер – только как принцип конкретного индивидуального состояния и обособления, а М.А. Бакунин и П.А. Кропоткин – только как абстрактную, до конца не разработанную основу разумного и совершенного общежития. Нередко в русской анархической философии свобода подменялась понятием воли. Такая воля вместо свободы очень часто в годину ненастий направлялась на выживание, на самопомощь. В этом сказывалась особая витальность русских, их жизненная сила. Штирнеровская свобода - это попытка внутреннего освобождения индивидуального сознания, осознание индивидом своего интеллектуального могущества и требование раскованности человеческого мышлении и деятельности. Свобода же в русском анархизме пробуждает в индивиде понимание своей социальной востребованности, включенности в социальную практическую деятельность, осознание личностью своей созидательной силы только посредством коллектива. Обе разновидности анархизма ненавидят власть и насилие над личностью и обществом и страстно желают их освобождения и новой организации.

Теоретические конструкции немецких и русских анархистов по поводу собственнических отношений представляют собой модели новых социальных отношений, где общественный продукт распределялся бы между гражданами внеюридическим способом или на основе добровольных юридических (договорных) компромисных отношений. Сравнивая взгляды анархистов по вопросу собственности, можно отметить, что основное сходство заключено в единой цели: освобождение личности от государственных и частных производственных монополий, мешающих развитию и обеспечению граждан всем необходимым, однако средства, разрешающие эти проблемы у теоретиков анархизма разнятся. М. Штирнер, М.А. Бакунин и П.А. Кропоткин по-разному отзывались о целесообразности собственнических отношений: от полного непринятия и резкой критики, до их признания и глубокого конструктивного анализа. Однако все авторы видели в собственности скрытую угрозу их абсолютной свободе (а в анархизме, как немецком, так и русском, собственность непременно коррелирует со свободой) и считали, что любой вид собственности может негативно повлиять на свободу как специфическую ценностную категорию.

Резюмируя итоги сравнительно-исторического анализа анархистской проблематики, диссертант обращает внимание на то, что, несмотря на некоторые видимые различия во взглядах теоретиков анархизма, сходства в них присутствует больше. Это также является доказательством целостности анархистского учения.

В заключении подводятся итоги диссертационного исследования, обобщаются сущностные характеристики немецкого и русского анархизма, формулируются выводы.

^ По теме диссертации имеются следующие публикации:

1. Ежова, Е.А. Философский анархизм: проблематика, сущностные признаки / Е.А. Ежова // Поиск. Серия «Философские и социально-экономические исследования» : межвузовский сборник научных статей. - Мурманск : Изд-во ООО «Максимум», 2003. - Вып. VII. - С. 30 - 42 (0,7 п.л.)

2. Ежова, Е.А. Личность и общество в анархистском учении М. Штирнера / Е.А. Ежова // Наука и образование - 2004 : материалы международной научно-технической конференции : в 6 ч. Ч. 2 // Гос. комитет РФ по рыболовству, Мурманский гос. техн. ун-т. - Мурманск : Изд-во МГТУ, 2004. - С. 75-78 (0,3 п.л.)

3. Ежова, Е.А. Духовные истоки философского анархизма, этапы его развития и проблема определения / Е.А. Ежова // Вестник МГТУ. - 2004. - Т. 7. № 2. - С. 217 - 224 (0,9 п.л.)

4. Ежова, Е.А. Философские проблемы власти, государства и права в философии М. Штирнера, М.А. Бакунина и П.А. Кропоткина / Е.А. Ежова // Вестник МГТУ. - 2006. - Т. 9. № 2. - С. 41 - 52 (1,3 п.л.)


1 См.: Вехи. Из глубины / Под ред. В.С. Степина. М., 1991. С. 446.

1 См.: Эльцбахер П. Сущность анархизма. Мн., 2001; Ценкер Е. Анархизм. История и критика анархистских учений. М., 1906; Штаммлер Р. Теория анархизма. М., 1906; Саводник В. Ницшеанец 40-х годов. Макс Штирнер и его философия эгоизма. М., 1902; Шельвин Р. Макс Штирнер и Фридрих Ницше: явления современного духа и сущность человека. М., 1909; Nettlau M. Anarchismus von Proudon zu Kropotkin. Berlin, 1925; Nozick R. Anarchy, State and Utopia. New York, 1974; Mantz K.A. Die philosophie Max Stirners im gegensatz zum Hegelschen idealismus. Berlin, 1936; Adler G. Stirners anarchistische Sozialtheorie. Jena, 1907.


1 См.: Блауберг И.И. Анархизм: что мы знаем о нем? // Вопросы философии. 1990. № 3. С. 165.

2 См.: Пирумова Н.М. Бакунин. М., 1970; Пирумова Н.М. Гуманизм и революционность Петра Кропоткина // Вопросы философии. 1991. № 11. С. 38-43; Комин В.В. Анархизм в России. Калинин, 1969; Мамут Л.С. Этатизм и анархизм как типы политического сознания. Домарксистский период. М., 1989; Канев С.Н. Октябрьская революция и крах анархизма. М., 1974; Лебедева Т.П. К проблеме анализа некоторых идей теоретиков анархизма // Социально-политические науки. 1990. № 8. С. 98-105; Мкртичян А.А. П.А. Кропоткин и Западная Европа // Новая и новейшая история. 1991. № 2. С. 48-63; Графский В.Г. Политические и правовые взгляды русских народников (истоки и эволюция). М., 1993; Соколов Ю.В. Социальная сущность анархизма. М., 1977.

1 См.: Пронякин Д.И. Основные доктрины классического анархизма. С.-Пб., 1995; Ударцев С.Ф. Политическая и правовая теория анархизма в России. М., 1994; Федотова В.Г. Анархия и порядок в контексте российского посткоммунистического развития // Вопросы философии. 1998. № 5. С. 4 - 8; Никитин А.Л. Заключительный этап развития анархической мысли в России // Вопросы философии. 1991. № 8. С. 89 - 101; Хевеши М.А. Анархизм и нигилизм // Социс. 1998. № 2. С. 118-124.


1 См. подр.: Кохановский В.П. Историзм как принцип диалектической логики. Ростов-на-Дону, 1978. С. 136.

1 См.: Алексеев П.В., Панин А.В. Теория познания и диалектика. М., 1991. С. 350; Елсуков А.Н. Проблема исторического и логического // Вестник МГУ. 1969. Серия 7. Философия. № 4.

С. 48 - 49.

2 См. подр.: Каган М.С. Системный подход и гуманитарное знание. Избранные статьи. М., 1991. С. 28 - 30.

1 Ильин И.А. Путь духовного обновления. М., 2003. С. 30.

1 Бакунин М.А. Кнуто-германская империя и социальная революция // Антология мировой философии: В 4 т. Т. 4 / Ред.-сост. В.В. Богатов и Ш.Ф. Мамедов. М., 1972. С. 362.

2 Цит. по: Пирумова Н.М. Гуманизм и революционность Петра Кропоткина // Вопросы философии. 1991. № 11. С. 40.

1 Кропоткин П.А. Взаимная помощь среди животных и людей как двигатель прогресса. Пг.-М., 1922. С. 58.

1 Цит. по: Мамут Л.С. Этатизм и анархизм как типы политического сознания. Домарксистский период. М., 1989. С. 224 - 225.